Форум » Флэшбэки » Крушение » Ответить

Крушение

Game Master: Название эпизода: Крушение Место действия: Самолёт, затем пляж Время: 22 сентября 2004 года и далее Действующие лица: Крис, Джоан и Меттью Андерсон Количество участников: Ограничено Предыстория: Конвой с "преступником" и его сестрой уже на борту самолёта. Ещё немного и на Родине ожидает окончание следствия, а затем суд. Крис же при первой возможности меняется с другом местами, чтобы поговорить с родственниками. Но судьба успевает вмешаться во все планы.

Ответов - 11

Chris Anderson: Весь вечер перед рейсом Крис провёл в нервном напряжении. Не было сил ничего делать, лишь осталось понимание того, что нужно чем-то себя занять, иначе он станет узником ситуации. Постоянные метания в гостиничным номере ни к чему бы хорошему не привели. Он пытался отвлечься какими-нибудь безвредными способами, вроде прогулки, книги или телевизора. Вскоре стало понятно, что ничего это не помогает. Ужин прошёл быстро и скомкано, а вкуса еды он не почувстовал вовсе. В конечном итоге парень загнал себя опять в номер и лёг на кровать. По приезду в Австралию он не пытался связываться с семьей, одновременно боясь и желая этого. Крис не представлял, что скажет, а что ещё хуже, что сделает. Эти события все ещё были чем-то странным, невероятным. Шок прошёл, но эмоции всё равно остались не понятыми. Даже перед самим собой он не мог сказать чего же он хочет сделать, только боялся, что может сделать какую-нибудь глупость. Но всё равно Крис надеялся на свой разум и на то, что сестра не даст ему ничего сотворить. Вечер был прерван несколькими звонками друга. Разговоры с Нилом были короткими, быстрыми и в основном несли только информацию. Крис знал, что тот не будет его обманывать и говорить ему сейчас наверняка было трудно - личные разговоры в такие моменты не приветствовались. Скорее всего полицейские успокоятся лишь тогда, когда преступник окажется на борту самолёта и точно не сможет сбежать. А пока... приходилось снова искать себе какое-нибудь дело. "Никакого алкоголя". Все больше парень возвращался к мысли, что расслабиться ему поможет только он, но утром вылет, так что нельзя. Да и неизвестно поможет ли небольшое количество или потребуется заливать проблему. Крис не желал испытывать судьбу. Время до момента, когда нога Криса ступила в салон самолёта, было долгим. Очень долгим и нервным. Парень сам себя не узнавал, поражаясь настроению и отражению в зеркале, но предпочитал не думать о том, как сейчас выглядит. Конвой, который вёл его семью, Андерсон не застал, зато уже у самого выхода столкнулся с Нилом. Друг специально задержался, зная, что полицейские предпочтут посадить Меттью в самолёт как можно быстрее. Разговор не получился длинным - Уотсон пообещал, что ближе к середине полёта, постарается уступить своё место другу. Когда Крис оказался в салоне, то понял, что его место оказалось достаточно далеко от его семьи. Нельзя было даже разглядеть их лиц. Соблазн хотя бы пройти мимо был велик, но парень сдержался, решив не испытывать судьбу и не привлекать внимания коллег, пока в этом не было необходимости. Самолёт благополучно взлетел. Крис понял, что нервное напряжение никуда не делось. Но салон самолёта - это не личный гостиничный номер, поэтому парень постарался расслабиться и откинулся на спинку кресла. Нил даже не пытался привлечь его внимание. Ни о каком сне речи, естественно, не шло, но прикрыв глаза, можно было хоть на час или два перестать пристально следить за временем. Вряд ли бы сидящие рядом люди обрадовались бы, заметив, что бледным и дерганный парень рядом с ними, постоянно оглядывается и смотрит на часы. То что настоящие проблемы начнутся много позже Крис не знал. Да и какие казалось бы могут ещё проблемы? Хуже ситуации, чем та, в которую он попал, и придумать было нельзя. Оказалось, что все происходящее просто напрочь отшибло ему мозги. Когда у пилотов возникли какие-то проблемы с навигацией, парень забеспокоился не сразу. Больше этим оказались обеспокоены его соседи. Но при этом окликать сидящую рядом девушку, чтобы успокоить её, желания не было. Через несколько часов, после того, как это началось, Криса толкнул проходящий мимо Нил. Друг указал взглядом на своё место, а затем ушёл куда-то в хвост самолёта. Парень не став спорить, быстро и тихо встал со своего кресла и сменил дислокацию. Уотсон вернулся назад через пару минут, сев позади Андерсона, но всё так же, сохраняя молчание. Никто и не думал возмутиться тем, что кто-то так спокойно занял чужое место. Хотя напрягшись, Крис припомнил, что оно не было занято изначально. А значит либо Нил купил на один билет больше, оформив и оплатив его, либо ему просто очень повезло. Почему-то парень склонялся к первому варианту. От осознания того, что сейчас он находится рядом с семьёй было спокойнее, хотя Крис не успел придумать, как заговорить с ними. Кое что помешало ему это сделать. Неожиданное, резкое, такое о чём было страшно даже подумать - крушение самолёта.

Joan Anderson: С тех пор, как они прибыли в Австралию, Джоан старалась максимально обезопасить себя от нагнетающих панику мыслей. Или хотя бы не демонстрировать их окружающим. Занять руки, занять голову и не представлять себе раз за разом, как молодая девушка падает с пристани вниз, в черную воду. В любом случае, хотя бы днем она не сидела, испуганно рассматривая пейзаж за окном или постоянно переключая телевизор, когда оказывалась одна и могла не контролировать свой страх. А он был. Андерсон с самого начала знала, на что собралась пойти. Но никак не могла предположить, что её планы приобретут такой размах. Сейчас же она занималась рестораном, преимущественно выездными делами, чтобы и общение с Мэттью свести к минимуму, ведь убеждать других, что твоя жизнь прекрасна – легко. Своих не убедишь. Особенно, учитывая, что мужчина знал все подробности случившегося тем вечером. И, хотя и не признаваясь себе, Джоан лелеяла надежду, что тайна смерти Летиции останется в той черной воде, как и её последний крик. Однако, чем больше она вспоминала, тем чаще понимала, что все это – отсрочка от расплаты, от которой ей вряд ли удастся убежать, даже будучи в другой стране. Хотя... сильнее опасений за собственную шкуру были только переживания о младшем брате и семье, которые вряд ли с легкостью воспримут такой удар с её стороны. И, готовая к различным вариантам развития событий, она никак не могла предположить такой… Знай она, что он решится на такое – выкинула бы телефон, перерезала телефонные провода, спрятала мобильный и взорвала бы местную электростанцию, лишь бы не слышать, что брат взял вину на себя, подписав себе приговор на ближайшие лет десять – ни за что. За её неудачу. За спасение Криса. Загубленная жизнь. Взамен её, спасенной. Слов в тот вечер и в последующие дни было много. Как и обещаний взять всю вину на себя, не дав ему так поступить. Но сказать было легче, чем сделать. Несмотря на её слова, готовность, в общем-то, была мнимой. Да и как можно спокойно принимать такие решения? Так, день за днем, они ничего и не сделала. Разговоры с Крисом по телефону прекратились – он ни разу не позвонил после того, как его брата официально обвинили в убийстве. Сама Джоан неоднократно брала телефон в руки, находила в телефонной книге тот самый номер, но убирала телефон, так и не сделав вызов. Что она могла сказать? Признаться в том, что это она? Или попросить не сильно злиться на брата, которого Крис считал убийцей собственной невесты. Зато отец позвонил довольно быстро. Дальше был арест. Благо, часть людей они знали через Криса, да и пока обвинение не было окончательным, удалось не сильно афишировать причину отъезда, как и постоянное присутствие нескольких мужчин рядом. Уже в салоне самолета её хотели отсадить: - Мэм, не стоит. Займите свое место. - Я сяду рядом со своим братом. - Мэм… - Нет, - отрезала Джоан, решившись продолжить только на приглушенных тонах. – Это всего лишь самолет. - Джоан, Вы знаете правила. Пришлось пересесть. Пожалуй, за первые несколько часов полета, Крису должно было хорошо икаться, раз он даже не попытался поспособствовать тому, чтобы последние несколько часов вне всей шумихи и разбирательств, не дал брату побыть рядом с родным человеком, а не полицейскими. Впрочем, увидев его, подсаживающегося через одно свободное место от нее самой, сказать она ничего не смогла. Лишь быстро перевела взгляд в сторону Мэттью, прежде чем снова посмотреть на Криса. Да, она спасала именно его. Этого потерянного мальчишку, который сейчас пытался изобразить не то серьезность, не то равнодушие. Внезапно самолет встряхнуло. Через несколько секунд это повторилось вновь. Зажглись экраны «Пристегнуть ремни». - Застегнись. Быстро! – мельком взглянув даже не на Криса, а на его ремень, сказала Джоан, перегибаясь через проход, чтобы посмотреть, что происходит и удостовериться, что с Мэттом все хорошо. Ему, правда, и отстегнуться-то никто не предлагал. Еще один толчок, за ним другой. Они уже не прекращались, самолет попал в зону турбулентности. Застегнув свой ремень, девушка затянула его, держась за подлокотники своего кресла. Стюардессы уговаривали пассажиров сесть на свои места. Один из конвоирующих поднялся со своего места, чтобы помочь упавшей женщине. В этот момент раздался жуткий металлический лязг, и хвостовая часть самолета отвалилась. Обоих отнесло куда-то назад, смотреть у Джоан не было сил. Вывалились кислородные маски, за которой тут же потянулась девушка, натягивая её на себя. Не осознавая до конца весь ужас происходящего, она просто старалась проверять, делают ли тоже самое её братья. Последнее, что она запомнила – отвалившаяся кабина.

Chris Anderson: Пост Меттью. Хотелось спать. Монотонный голос следователя, задающего будто одни и те же вопросы, выматывал гораздо сильнее физического насилия. Закрыв глаза, Мэтт раз за разом повторял те слова, которые сбивчиво, пытаясь не разреветься от страха и потрясения, говорила ему Джоан. Уверяя себя в правильности своего выбора, он твердо произносил: - Да, толкнул её именно я. Рядом никого не было. И что-то внутри болезненно сжималось. Давила саднящая обида. Из-за нелепой случайности его сестра допустила ошибку. Ошибку, которая перечеркнет всю её дальнейшую судьбу. Мог ли он допустить это? - Да, я признаю вину. Делая глубокий вдох, он откидывается на спинку стула и в упор смотрит на следователя, быстро записывающего что-то на бумаге. Переводит взгляд на напряженно поджатые губы адвоката и пожимает плечами. «Я все делаю правильно», - с единственной мыслью он поднимается и проводит пока еще свободной рукой по влажной шее. Буквально через несколько секунд на запястьях, обжигая холодом металла, защелкнулись наручники. «Человек не виновен, пока его вина не доказана» Презумпция невиновности – это, пожалуй, действительно высшее достижение демократии. И хотя к нему ожидаемо относились как к преступнику, Мэттью был рад, что в салоне самолета ему позволили находится без стальных браслетов. Конвой из двух крепких мужчин, по идее, должен был обеспечить безопасность пассажиров и отгородить их от нападения преступника, осмелившегося некогда убить невесту своего же брата. Зайдя в салон самолета, мужчина едва заметно потер предплечье, унимая мандраж. Краем глаза заметив сестру, он медленно и едва заметно ей кивнул, в знак того, что все в порядке. Растущая нервозность дрожью сковывала движения. Все-таки он не любил самолеты. Летая, он раз за разом ощущал, как растет напряжение, как страх настойчиво подчиняет волю, но и раз за разом приходилось находить в себе силы для того, чтобы убедить себя, что все отлично и нет никакой опасности. Сев в кресло к окну, Мэтт, закрыв глаза, глубоко вдохнул воздух и медленно выдохнул. Услышав голос Джоан, он лишь прислонился лбом к прохладному стеклу и отстраненно наблюдал за тем, как суетятся люди, готовясь к отлету, ожидая возвращавшихся. Он так и сидел, пока самолет, разогнавшись, не взлетел. Закусив губу, он закрыл глаза. Голова дико болела, и вместо страха накатывало нестерпимое раздражение. Осознание случившегося пришло уже давно, но только сейчас он понял все необратимость того, что делает. Как брат, он четко осознавал правильность своего решения, но ни в чем не виновный человек внутри этому решению рьяно сопротивлялся. «Я все делаю правильно», - уже на автомате повторял он себе, но и это сейчас почему-то не успокаивало. Выискав лицо сестры и поймав её взгляд, Мэттью, подмигнув ей, улыбнулся. «Пути назад нет. Все уже решено.» С этой мыслью он откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза. Надрывные крики людей резко вытянули из сна. Тряска и оглушительный скрежет стали. Он лишь на секунду увидел испуганное лицо Джоан перед тем, как самолет тряхнуло. Ударившись головой об что-то тупое и тяжелое, Андерсон отключился.

Joan Anderson: Знаете, почему люди ставят пластиковые окна, подчас не обращая внимание на то, что и старые могли бы еще послужить? Шум. Конечно, есть еще такой фактор, как сохранность тепла, но прежде всего - шум. Ибо никому не хочется засыпать или просыпаться от гудков застрявшей машины или оклика собаки хозяином. Все хотят спать. Джоан тоже отчаянно нуждалась в тишине. Она не любила спать в самолетах, но подчас пользовалась своей усталость для того, чтобы сократить время полета, без экрана какого-либо устройства тянущееся особенно долго. Вероятно, на и на этот раз её сморил сон. Вот только вместо неравномерного гудения двигателей сейчас шел неистовый рев, а крики вокруг никак не складывались в известное "мэм, поднимите спинку кресла в вертикальное положение". Шея затекла от отсутствия движения и сейчас начинала болеть, в то время как неприятное пощипывание ощущалось и в руках, а неприятная усталость - во всем теле. А еще, кажется, самолет заходил на посадку, ведомый пьяным пилотом, ибо, открыв глаза, Андерсон увидела, что находится в повернутом к земле состоянии вместе со всем самолетом. Лишь когда взгляд зацепился за знакомую куртку, испачканную чем-то красным, женщина начала потихоньку осознавать, что что-то тут не так. - Крис? - позвала она. Фюзеляж был наклонен так, что сидение брата находилось выше места Джоан, а потому бессознательное тело её брата было прекрасно видно. - Боже мой, Крис! Беглый взгляд по соседним сидениям. Люди, много людей, которые не двигались. Отсутствие света в салоне и бортпроводников. Кислородные маски. Вздрогнув от картины вокруг, Джоан попыталась найти старшего брата, но его не было видно. Попытавшись дотянуться до находящегося в поле зрения Криса, она столкнулась с препятствием в виде застегнутого ремня безопасности, плотно прижимающего её к креслу. Кое-как освободившись из оков, спасших ей жизнь, она аккуратно приподнялась, чувствуя слабость и боль. Более менее дотянувшись до молодого человека, Джоан убрала упавшие на лицо волосы, мечтая не увидеть устремленный вдаль взгляд. - Крис! - опять позвала она, пытаясь нащупать пульс. Когда оный был найден, то место беспокойству заменил собственный страх, отчего методы пробуждения сразу же изменились. Паренек получил несколько, сначала несильных, но немного увеличивающих давление шлепков по лицу. - Очнись. Просыпайся! Черт побери, Крис, самолет рухнул и мне некогда ждать, пока ты соизволишь открыть глаза. Крис! Она готова была разрыдаться, поверив, что найденный пульс был лишь её ошибкой, и брат мертв. Она уже гладила его по волосам, внимательно всматриваясь в лицо.

Chris Anderson: В голове был какой-то странный шум. Такой бывает, когда включают старый радио-приёмник и отчаянно пытаются его настроить, чтобы он хоть что-то поймал. Иногда в эфир всё-таки прорывается несколько звуков какой-нибудь станции, чтобы подтвердить, что все не так безнадёжно на самом деле, как кажется. Вот и сейчас Крису казалось, что какие-то отдельные картинки он видел перед тем, как всё помёркло. Теперь через монотонный шум, от которого хотелось закрыться, прорывались какие-то отдельные слова. В себе они не несли ни капли здравого смысла и Адресон не обратил бы на них никакого внимания, если бы не... "Джоан? Джоан!" Этот голос не был смутно знакомым, он был родным и близким. Его просто невозможно было не узнать. Медленно открыв глаза и ещё не понимая, что вообще произошло, Крис постарался выдавить хоть несколько слов, чтобы его перестали наконец бить - а то, что ему отвешивают пощёчины, он почувствовал только сейчас. Но в результате изо рта не донеслось не звука. В этот момент его накрыла волна ощущений: боль в голове, страшно пересохшее горло, усталость, ремни безопасности, сильно впивающиеся в тело. Его трясли не просто так. Страх, пришедший в начале, отступил под напором других эмоций, которые парень распознал голосе своей сестры. Такой он её не видел очень давно, с детства у него остались воспоминания о ней, как о сильной и заботливой, а не... такой. - Джоан! - голос повиновался и изо рта Криса наконец вырвалось что-то осмысленное. Достаточно тихо, но в тот момент ему казалось, что он почти кричит. Его положение не давало возможности особо двигаться, но, первое, что он сделал, это прижал к себе сестру, насколько позволяли ремни. Очень неловкий жест одной рукой, но парень бы сейчас сделал всё, чтобы не отпускать её, - Джоан, Джоан... Продолжая тихо бормотать, Андерсон старался прижать женщину к себе чуть ближе, потому что её эмоции начали постепенно передаваться и ему. Нужно было просто видеть, что с ней всё хорошо, чтобы не бояться.

Joan Anderson: Ожидание.. ждала ли она? По сути-то да, но в глубине души Джоан прежде всего старалась убедить себя, что этот мальчишка, появившийся в их с братом жизни вместе с новой матерью, будет жить. Сегодня, завтра. Пусть не вечность, но она не желала видеть его смерть. Выросшая в окружении мальчишек, Джоан привыкла "бороться" с ними наравне. Отнюдь не всегда она вспоминала, что была куда слабее и беспомощнее их. Но сейчас это ощущалось особенно ярко. Кто-нибудь другой уже наверняка развернул бы активную деятельность, попытался бы сделать массаж сердца или сбегать за водой. Должна же она была где-то тут быть. Мисс Андерсон же ничего не могла предпринять. Её сил пока что хватало только на то, чтобы быть рядом и защищать. От чего? От всего. Однако, нащупанный пульс оказался не иллюзией. Через пару минут Крис открыл глаза. Облегченный вздох последовал не сразу, лишь после пары очередных пощечин и её имени, произнесенного Крисом. Убедившись, что он не оставит её опять, убедившись, что он жив, оказавшись в родных объятиях и почувствовав теплое дыхание, Джоан все-таки смогла немного расслабиться, но слезы все равно уже катились из глаз. - Ты жив. Слава Богу, ты жив, - обнимая в ответ и гладя по голове, шептала она, прежде чем отстраниться, быстро пробегая руками по груди молодого человека в поиск ран или повреждений. - Ты цел? Давай я помогу тебе отстегнуться. Непослушными руками она кое-как приподняла крышку замка, аккуратно вынимая внутренний зажим и откидывая ремни в сторону. - Осторожно. Можешь встать? Тыльной стороной ладони вытерев мокрые дорожки от слез, она попыталась улыбнуться. Беспокойство за Криса стало отступать. Но на смену ему пришло другое. Практически позабыв о младшем брате, она начала озираться, в поисках того места, где должен был быть Мэттью. Кабина лежала как раз на том боку, все выпавшие вещи упали туда. Придерживаясь за кресла, Андерсон соскользнула вниз, изо всех сил стараясь не обращать внимание на то, что может на кого-то наступить. - Крис, помоги мне. Пришлось откинуть в сторону пару чемоданов, прежде чем стал виден один из конвоирующих Мэттью. Тот был мертв. Это было видно и по бледной коже, и по ровной грудной клетке и по осколку какой-то железки, торчащей из него. С губ сорвался не то вскрик, не то хрип. Видеть человека таким было страшно. Но страшнее было то, что еще дальше должен был быть их брат. И теперь Джоан пыталась дотянуться до дальних чемоданов, но у нее не хватало сил сдвинуть их.

Chris Anderson: Прижимая сестру к себе, Крис успел заметить, что она плачет. То что случилось что-то плохое и страшное он уже понял, но эти слёзы… Потянувшись свободной рукой, он аккуратно стёр одну из мокрых дорожек тыльной стороной. Хотелось внимательно взглянуть в карие глаза и убедительно сообщить: «не плачь, со мной всё хорошо». Но сказать он это не успел. Джоан, кажется, собралась и теперь начала помогать брату освободиться от ремней. Взгляд Криса в этот момент блуждал по всему вокруг. В голове были какие-то разрозненные куски мыслей. «Мы же буквально только что летели… летели назад, домой. » Причина, по которой они собственно летели, прямо сейчас стала какой-то неважной. Слабой, глупой, далекой. Это было в тысячах метрах над землей, в небе. Тут не время о таком думать. Как только Крис был освобожден от ремней, он попытался встать. Голова продолжала гудеть, но ноги всё-таки слушались. Упасть среди этих обломков и что-нибудь себе повредить было бы обидно. Но в первую очередь он беспокоился за сестру. Взглянув в лицо Джоан, парень едва ли не вздохнул с облегчением – кажется, она хотя бы чуть-чуть, но успокоилась. В следующий момент Крису уже пришлось лезть за Джоан, преодолевая мусор и другие разбросанные вещи. Понять к чему она так рванула было не сложно: как только парень выбрался из кресла и убедился, что сестра жива и находится рядом, тут же возник другой вопрос: почему рядом нет Мэтта? То, что во время полёта он настоятельно гнал прочь все мысли о брате, сейчас забылось. Переживание и страх снова засели где-то внутри. Какая разница, где они сейчас? Об этом можно будет подумать, как только они найдут Меттью. Крис шёл за с сестрой, благо пространство позволяло. Помогая отодвигать тяжелые вещи и продвигаться дальше. У трупа одного из конвоиров парень застыл, прижав к себе вскрикнувшую Джоан. Дома он уже видел такое, но зрелище все равно заставило похолодеть. Это ведь сделал не другой человек… Вынудив сестру отвернуться от трупа, Крис прошёл вперёд, ведя её за руку. Лежащие впереди тяжеленные чемоданы в конце концов были сдвинуты, открывая путь к Меттью, который так же как и его младший брат несколько минут назад, лежал без сознания, пристёгнутый к креслу ремнями. Когда брата удалось освободить и вытащить из кресла, он всё ещё был без сознания. Это нервировало и пугало. Прощупать его пульс Крис не успел, почти сразу к Меттью пролезла Джоан. Как некоторое время назад, она начала приводить его в чувство пощёчинами. Парень затаил дыхание, молясь о том, что вот сейчас Мэтт откроет глаза и страх, наконец, отступит.

Matthew Anderson: Свет в конце тоннеля? Далекие и манящие голоса? Бред. Не было ничего - лишь вязкая пустота заполнила собой все пространство вокруг. Тяжелый, надрывный выдох. Слух улавливал какой-то шорох, но тело ничего не чувствовало. Реальность, за которую едва удалось зацепиться, снова ускользнула. Хлесткий шлепок по щеке вновь заставил дышать и рваться к жизни. Хриплый вдох, будто прорывающий образовавшуюся в горле пленку, выдох со сдавленным стоном: грудь будто сжали в тисках. Удары обжигали кожу все сильнее и сильнее. Хотелось громко и зло крикнуть "Хватит!" и резко встать, но получилось только приоткрыть рот и сделать еще один болезненный вдох. И снова густая темнота липким теплом обволокла сознание. Странная и неприемлемая легкость смешалась с холодным безразличием к происходящему там, за едва различимой границей между пустотой и миром. Что было до этого? Что будет потом? Надоедливый шлепок в этот раз причинил большую боль. Вновь звуки, сдавливающая грудь боль и неумолимая тяга к жизни. С трудом восстановив дыхание и разлепив веки, Мэтт старался сфокусировать взгляд и разглядеть, что творится вокруг, но увидел лишь заплаканное лицо сестры. Прижать к себе, погладить по голове, взъерошив темные волосы, узнать причину слез и утешить бессмысленными словами. Но неизвестно откуда взявшаяся слабость позволила только, сжав зубы, нерешительно протянуть руку и дотронуться до щеки Джоан.

Joan Anderson: Этот самолет. Он был ненавистен ей с того самого момента, как она только ступила на борт, ведь они направлялись не домой, где их обычно ждали родители и младший брат. Они направлялись в страну, где Мэтта ждет тюрьма из-за её ошибки, из-за её страха и слабости. А что теперь? Железная птица буквально разваливалась в небе, безжалостно ударив их об землю. Послушно отвернувшись, Джоан все равно не могла забыть одного из конвоиров. Он сидел рядом с Мэттью, куда так рвалась она сама. Кто знает, торчал бы из её груди металлический обломок? Тем временем Крис смог откопать брата из-под навалившихся чемоданов и других вещей, вытаскивая в проход между креслами. Даже будь он врачом, девушка все равно не смогла бы стоять в стороне, позволяя младшему брату выносить вердикт о состоянии того, кто просто обязан был выжить, раз выжила она. Ведь Мэтт столько сделал для нее... Сначала Джоан хватило только на то, чтобы заботливо убрать с лица брата упавшую прядь, прежде чем, заметив легкое движение грудной клетки, напрочь забыть о проверке пульса и начиная лихорадочно пытаться привезти второго брата в сознание тем же способом, что и в первый раз. Как будто он нес в себе какой-то целебный эффект, как будто в этот раз тоже должно было получится, потому что на кону жизнь самых важных для нее людей. - Мэтт! - позвала она, не в силах слышать только звуки пощечин - как будто вокруг и не было угрожающего рева двигателей. - Мэтт, пожалуйста, очнись. Открой глаза. Хотелось встряхнуть его, а то и вовсе вытащить из этой развалины, но девушка боялась навредить ему. - На нем столько всего лежало... - мотая головой и уже не пытаясь стереть слезы, Андерсон было слишком страшно, чтобы сделать что-то еще. Его губы разомкнулись, после чего женщина чуть ли не рефлекторно ударила его второй раз, сильнее прежнего, чтобы он и не думал проваливаться обратно в забытье. - Мэтт?! Протянутая рука, признаки жизни и сознания и вовсе заставили её разрыдаться в слух, наклонившись над братом и кое-как, неуклюже, прижимая его к себе. - Ты жив... Вы оба. Чуть отстранившись, женщина посмотрела на младшего брата, ничего не требуя и не ожидая. Ей просто было важно видеть их обоих живыми и невредимыми. Как будто вся катастрофа - падение их домика на дереве, из которого они не успели вовремя выбраться. И главное, что все целы и единственная угроза - реакция родителей.

Chris Anderson: Тот момент, когда брат открыл глаза... Крис почувствовал, как с души свалился камень. Тяжелая давящая плита, которое всё это время была там. Только избавившись от неё, он понял как это было тяжело. Пожалуй, пока он не видел бессознательно тело Мэтта, всё было не так страшно. Напряженно, натянуто до предела - да. Но страх пришёл только пару мгновений назад. Оттаскивая мусор и обломки в сторону, Крис и не думал ни о чём, а сейчас в голове вертелось множество мыслей. Но выдавить из себя ничего он не мог. Чувство бесполезности, по другому это и не назвать. "Точно, он же лежал среди этих завалов и мог себе что-нибудь повредить" - резкая мысль. Но Крис не стал оттаскивать сестру или даже что-то говорить. Просто не мог сейчас. Наверняка она всё понимает. Как же иначе. Когда Мэтт пришёл в себя, всё изменилось. Как будто время пошло гораздо быстрее, чем за всё этот отрезок с момента крушения до нахождения старшего брата. - Джо, - тихо пробормотал Крис, глядя на сестру. Они смотрели друг на друга, вроде долго, но через несколько секунд, парень уже приблизился к брату, внимательно оглядывая его: - Ты можешь пошевелиться? - при таком падении могло бы случиться всё что только угодно и медик бы тут точно не помешал, но откуда же его тут взять? - Нам в любом случае надо выбираться. Эта фраза была сказана уже сестре. - Неизвестно, что из частей самолёта ещё работает, так что нам нужно сейчас отойти отсюда подальше, - ничего странного в том, что в такой ситуации Крис ещё соображал не было. Профессия обязывала, хоть и проработал он не слишком долго, но умение сохранять здравую голову - очень полезно.

Matthew Anderson: Запах гари и шум. Мэтт чувствовал, как горела кожа на щеках от ударов ладоней Джоан, чувствовал, как тупая боль охватила затылок и как что-то теплое медленно текло сзади по шее. Он чувствовал все, но сделать какое-либо движение не мог. Даже для вдоха приходилось делать усилие. "Мы все-таки разбились? Страхи подтверждаются." Так длилось несколько секунд до того, как он смог вновь открыть глаза и со странной отрешенностью заметить, что его рука все еще у щеки девушки. Чувство радости от близости родного человека позволило на время, хоть и короткое, забыть про боль. Мэтт услышал голос Криса. Удивление и непонимание заставили резко распахнуть глаза и повернуть голову в сторону звука. - Если я пошевелюсь, - закусив губу от напряжения, Мэттью перевернулся на бок и приподнялся на локте, - то, клянусь, я тебя прикончу. От движения перед глазами все вновь поплыло, но обращать внимание на это Мэтт не стал. Сейчас гораздо важнее было то, что этот парень стоит рядом.



полная версия страницы